Порой, когда  надоели  хозяйственные дела и будничные заботы, выполняемые по необходимости, но без особого удовольствия, хочется сосредоточиться на неординарном.  Это впечатления, полученные  через открытое окно при наблюдениях и  подслушивание,  в общем- то обычных, каждодневных проявлений окружающей природы. 

    Взять,  к примеру, начало обычного майского дня.

    Где-то в 5 утра, когда только забрезжит рассвет, в соседнем саду на гранатовом дереве  и на огромном эвкалипте в кибуце напротив, зачинается птичий гомон. Первые солисты, возмущающие раннюю тишину - это черноголовые дрозды. Сами серенькие  а головка черная (увы - такое сочетание встречается не только в мире пернатых).  Мелодия не столь бравурна и не  потянет супротив соловьиной, но свою партию твердо знают, да и тембр голоса не без приятности. После краткого запоминающегося  выступления (как у мастеров, знающих себе цену и берегущих голос) они замолкают.  Тут же эфир занимают горлинки.  Здешние горлинки выступают в скромном темно-коричневом оперении, даже без привычного ожерелья на шее, но с интригующими белыми нижними перьями, видимыми, когда они взлетают (схоже с  нижними  юбками  артисток фольклорного жанра). Песни у них без куплетов, но с припевом на 2-3 ноты, настолько хорошо запоминающимся, что, примолкнувшие было, черноголовые дрозды начинают им подражать без зазренья.
    После этого заступают воробьи. Выступают шумно, бестолково, каждый про то же — и  все — про ничего (бывают такие собрания,  когда люди начинают выступать с пустыми речами,  пока не найдется интересная тема, которую остальные ораторы  дружно подхватывают). Нагло перекрывая все и всех, вылезают иногда с грубыми выкриками вороны (напоминая мне Жириновского). Я, конечно, упускаю голоса незнакомых мне всяких зябликов, а также  не поющих и довольно редких здесь  колибри. Будто для них главное – показать своё иссиня-черное оперение с зелеными отливами, свой тоненький длинный изогнутый ярко-желтый клювик и свою удивительную способность зависать на одном месте, быстро-быстро взмахивая крыльями. Наконец, все  временно  замолкают, как при появлении важной персоны(VIP-very importent person)… .Выходят первые лучи мощного здешнего солнца. Тут все бегут занимать места в тени или переходят к своим неотложным делам.
    Включаю приемник. Местное русскоязычное радио начинает вещать в 7 ч. Эфир занимают многочисленные ивритоязычные радиостанции (среди них несколько пиратских станций мелких религиозных партий, которые с утра разъясняют верующим, как следует понимать тот или иной отрывок из Торы). С очень хорошими музыкальными программами выступает молодежная армейская радиостанция. Весь остальной эфир занят арабскими  станциями великого Магреба: Северной Африки и Ближнего Востока (перефразируя  известную песенку « арабы, арабы, кругом одни арабы…»).
    Из европейских стран слышны в основном голоса когдатошних хозяев здешних протекторатов
    Однако  услада моего слуха -  песни Эллады. В 300 км от нашего берега, как раз напротив, находится в море остров Кипр, греческая часть которого со столицей в Лимасоль  обращена к нашим берегам.
    Слушаю их прекрасную музыку. Через фильтр незнакомой  речи пробиваются «архи» знакомые слова  «эрос, дромос, хронос, фобос» (соответственно: любовь, дорога, время, страх ) …
    Призадумавшись, я вспомнил, какое большое значение приобрели буквы греческого алфавита в моей жизни, начиная с первого знакомства с буквой Пи и понятием  о «квадратуре круга»,x  - который в институте при определении предела с какой-то стороны, «мог быть сделан (похоже на перевод с английского) меньше всякого наперед заданного числа». Уже на заводе от этих букв стало зависеть мое благосостояние - премия зависела от  j (точнее от cos j , т.е. от коэффициента использования  электроэнергии), от tg d - олицетворяющего качество изоляции кабельной продукции, не говоря  уж  о том, сколько лет я уделил в своей жизни r,s, e меди и алюминия, характеризующими соответственно их электропроводность,  механическую прочность и пластичность. И по сию пору знания входят в мою жизнь через ворота четырех алфавитов (не считая готического).

    В семь начинает вещать русскоязычная станция. Вести - местечковые,  да и музыка речи тоже. Язык ужасен, комментируют «с листа», шурша газетами, без конца « мэкая» из-за трудностей перевода. Редакция в основном была создана журналистами-евреями, приехавшими из Баку. Несколько раз вдень  на этой же  последние местные известия вещают  на французском языке,  их комментируют журналисты-«марокканцы» и «французы», которые приехали очень давно ( в 60-ые, когда французов изгнали из Марокко). Эти журналисты  уже принадлежат к местному истэблишменту (многие министры свободно изъясняются на французском ) и, имея гораздо более широкие связи в местных политических кругах, могут проводить более глубокие анализы, пользуясь своими источниками информации,  недоступными для «русских» журналистов (не говоря уж о хорошем уровне языка, на котором они пишут). Встаю, готовлю завтрак, слушая по НТВ последние известия, затем по французскому каналу TV5 (международному). А когда начинается реклама, то по русским каналам передают местную  израильскую рекламу на русском языке. Пару раз в неделю хожу  играть со стенкой ( а иногда и с женой Жицей) в теннис в парке, что в конце переулка ( чаще всего - рано утром по субботам, когда туземцы в кипах и  с талесом (покрывалом) либо накинутым на плечи,  либо аккуратно сложенным в пакетике,  отправляются на молитву.  Проходят молча мимо меня "как поп мимо синагоги".

    Купил в Москве CD-ROM  - «Американизированный курс английского языка». Пытаюсь распознать английский язык на слух. Каково было мое изумление,  имея перед глазами английский текст, в котором все слова знакомы, я не смог  расслышать в речи диктора примерно половину из них, сколько бы раз я ни заставлял его повторять ту  же фразу! Есть там и прикладные технические тексты - мне уже  не нужен перевод. Текст читает женщина и можно понять на слух. А вот диалоги - это что-то…. 
    Поскольку я никогда английский не учил, только сдавал «тысячи»,  причем переводил лишь слова длиннее одного сантиметра[1], поэтому  был немало удивлен, когда узнал, что икс они называют «экс», а  игрек  — «уай»  (до сих путаюсь в названиях  «i»  и «а » - соответственно ай и эй, когда нужно назвать свою фамилию английскими буквами по телефону). По школьному образованию я немец, а в английском языке - я  self-made man.

                                                                                                                Продолжение следует...