≈ Журнал Friends-Forum.com ≈
 
Главная
 
Выпуск #10
16/06/2005
Просмотров: (31881)
ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ
ПРОЗА
ИСТОРИИ ИЗ ЖИЗНИ
ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ
КИНО
КТО ЕСТЬ КТО
МУЗЫКА
ВЕРНИСАЖ
БУДУАР
ПРАЗДНИКИ и ТРАДИЦИИ
ЛИТЕРАТУРА
ОТ РЕДАКЦИИ
УДИВИТЕЛЬНАЯ СТАТИСТИКА
 
 
 
Архив
 
  Поиск:
 


  Добавить статью
  Пишите нам
 
 
Вход для авторов


Женский журнал Jane
Интернет каталог сайтов - JumpLink.ru
WWWCat: каталог интернет-ресурсов
Narod.co.il Top 100


Раскрутка сайта, Оптимизация сайта, Продвижение сайта, Реклама!
Fair.ru Ярмарка сайтов
Знакомства Cайт знакомств, девушки, мужчины, женщины, любовь, знакомство cлужба знакомст


Сейчас в эфире[2]:
 Гостей: 2
 Участников: 0


  Три новеллы

                                                 ПУТЬ К ЖЕНЩИНЕ 

                                                                                                         Моей маме посвящается

   Сегодня Париж встречал человека, который не часто бывал дальше своего родного дома. Международный аэропорт имени Шарля де Голля ослеплял веером разноцветных огней, витрин, чистотой и уютом. Сотни лю­дей входили и выходили в и из сияющих прозрачностью две­рей. Разноязыкая речь струилась потоком и раздражала рако­вины слуха. Люди! Где, вы?! Ау!

   Абсолютно не зная ни английского, ни французского, он прилетел в Париж не ради Парижа. Это было чудовищно – прилететь в Париж не ради шмоток, не ради набережной Сены, не ради научных контактов, не ради шедевров Лувра, не ради скуки, не ради Плас Пигаль! Он прилетел в Париж ради женщины, которую знал по нескольким фильмам, - невероятно красивой, в Прошлом – всемирно известной киноактрисы! О которой трепетно читал в молчаливой прессе его страны. Ей исполнилось в этом году пять­десят шесть.

   …

   Он прилетел в Париж. Долго и мучительно собирал деньги. Во многом себе отказывал, прятал купюры от жены, иногда не покупал игрушек детям.

   …

   Было пасмурно. Накрапывал дождь. Но Париж был Парижем. И так всегда: вчера, сегодня, завтра!

   …

  
Где она жила? Бог ее знает! По светским киносплетням – в предместье великого города.

   …

   Все знали о цели его визита. Стюардессы. Туристы. Тетки и дядьки, летевшие коммерческим рейсом. Даже пилоты. Его вторая половина. Дети. Сотрудники. Соседи. Школьные учителя.

   По секрету – всему свету! Но без задних мыслей. С – удоволь­ствием! С – радостью! С– восторгом! С – безграничной любовью! Он говорил, делился, взывал, молил, размышлял. Он жил этим даже в салоне «Боинга». Он летел к женщине! Но никто не мог ничего толком ему подсказать и посоветовать.

   …

   В два часа ночи в Посольстве его приняли сначала за су­масшедшего. Он долго не мог объяснить, зачем в столь поз­дний час ему понадобился Полпред. Нудил, предъявлял обрат­ный билет на полдень зреющего дня. В – считанные часы, в – ночном Париже, нигде и никогда не повторимом городе. Считанные часы!

   Сжалились. Доложили. Сбивчивый рассказ только усугу­бил раздражение высокопоставленного чиновника. Растерян­ный и подавленный, посетитель был препровожден за мас­сивные ворота. Да, так и остался за ними. До того момента, как шикарный кадилак повез дипломатического представи­теля на прием к министру культуры Франции.

   Одинокая мужская фигура, напоминающая соляной столп, бросилась наперерез машине. В замешательстве чуть было не упекли за террористический акт. Но видавший виды чиновник застыдился неблаговидного поступка ненормаль­ного соотечественника, посадил в машину и помчался на официоз, по дороге уясняя ситуацию.

   Усадив в предбаннике незваного гостя, дипломат явился на прием во всеоружии своих полномочий. Блистая риторическими искусами, он упомянул соотечественника. И его фантастическую просьбу. В – шутку. Надеясь услышать ответный анекдот.

   Дипломата поняли в прямом смысле. Пригласили не их сооте­чественника. Еще раз выслушали. И преклонили колено. В – сердце.

   Актрисе позвонили. Соотечественнику дипломата предо­ставили отличного переводчика. Встреча была назначена в маленьком кафе.

   …

   За нарядными столиками сидели, перешептываясь, пере­говариваясь, перешучиваясь, люди. Они пришли отдыхать. Свежесть после дождя делала всех молодыми, начинающими собственную жизнь максималистами…

   Он сидел и захлебывался счастьем, подбирая французские слова, которых до него никто и никогда не произносил. Пере­водчик был не нужен. Хотя рядом – отпивал коньячно-фруктовый коктейль. Обалденное солнце сбивало с ног мчащихся к посетителям официантов. Мир проснулся. Мир не спал уже пять часов. Хорошо!

   …

   «Вдруг не придёт?»
   «Боже мой, а вдруг придет?!»
   «Кошмар!»
   «Боже мой!»
   …

   Никто не заметил, как она вошла. Ее фильмы достались прошлому. Молодые не смотрят их. Это – жизнь.

   Женщина. В темных очках. Статная. Одетая по последней моде. Вуаль. На ней парила вуаль… А ведь, действительно, ее могли увидеть. Узнать! Когда-то ее знал весь мир. Поклонники не давали прохода, бедные родственники – тоже. Трое кра­савцев-мужей сходили с ума от ревности. Лучшие европей­ские стилисты и кутюрье обожали свою модель. Преследовала и оскорбляла «желтая» пресса.

   Съемки и дом. Дом и съемки. Недрузья. Одиночество. Ошеломляющая слава. Пластическая операция. Признание самой красивой актрисой и женщиной Франции. Супер­звезда. Признание во всем мире. Богатство. Независимость. Всё остальное.

 

   …
   «Боже мой!!!»
   …

   Она вошла. Переводчик бросился навстречу. Галантно проводил к столику. Что-то заказал. И исчез между ними.

   …
   - Здравствуйте. Вы хотели меня видеть?
   - Да! Но я… я Вас не вижу…
   - Подождите… Так – лучше?! ( «Это была ОНА!!!» )
   - Опустите вуаль!
   - Не беспокойтесь, они меня уже не знают.
   - Знают! Я уверен! Вас нельзя не знать… и… не любить…!
   - Не любить?! Меня нельзя не любить?!
   - Да.
   - Почему Вы так грустно сказали, месье?
   - Потому что Вы не знаете себя.
   - А Вы знаете себя?
   - Знаю! Я – сумасшедший! Мне говорили об этом все. Они не верили в мою затею.
   - А Вы сами верили?
   - Верил! Верил и любил! Никого и никогда я так не любил, как Вас!
   - Странно. Но я – не ОНА!
   - Вы – ОНА!
   - Нет! ОНА – это роль! Можно закурить?
   - Вы – ОНА!
   - Хорошо. Пусть будет так! Спасибо! Это – мне?
   - Вам! Мои любимые цветы.
   - Благодарю Вас! … Мне пора. Мы можем встретиться вновь в конце Вашего турне по Франции.
   - Я улетаю через час. Действительно, пора…
   - Через час?! Но Вы… приедете? Еще раз?..
   - Наверное, нет.
   - Никогда?!
   - Никогда.
   - Господи…
   - Мои самые лучшие пожелания, мадам!…

   Он уходил, оставляя ЕЁ среди узнававших актрису людей. Узнававших, но из приличия делающих вид, что все и всё здесь случайно.

 

 

 

                                            УМИРАЮЩИЙ ПРИНЦ

                                                                                                                                        Рэтт

    Замок Гидеон – самый красивый, самый изящный, самый   загадочный из строений древней Вестфалии. Таким он был всегда. Таким он был сегодня, когда в его стенах почил вечным сном принц Вольфганг в расцвете сил, в расцвете желания править.
  
27 февраля 167... года.
  
Карета Её Высочества медленно въезжала по подъемному мосту. Внезапно появились люди в черном, но никто не посмел остановить экипаж. О визите знали. Непроницаемые лица окружили плотным кольцом тех, кто приехал. Тех? …без какого-либо сопровождения. - Королеву, мать того, кого по приказу его младшего брата заточили в каменном небытие.

   Прекрасная стареющая женщина вышла и гордо напра­вилась в покои своего старшего сына.

   - О, мама!
   - Сын мой, встань! Умоляю тебя! Веди себя, как подобает властителю!
   - Не встану!
   - Но ты – всё еще король! Встань! Короли в нашей семье стояли на коленях только на плахе!
   - Мама, господи, как хорошо, что ты здесь!
   - Да, я здесь! Не веди себя, как ребенок. Ты – король, пусть в этих стенах, но – король!
   - Невозможно без этикета? Хорошо. Поцелуй меня! Не так! Нет!
   - Что? Что я сделала не так?
   - Поцелуй меня, как тогда! В детстве! В Виенналле!
   - В Виенналле? Ты с ума сошел! Эти стены… Они уже делают свое дело.
   - Нет, мама! Ты не поняла!
   - Я прекрасно поняла и я прекрасно помню! Я помню, что там, в Виенналле, ты был счастлив! Была счастлива и я! Но это было там, тогда, давно. Это было с ребенком, из кото­рого вырос прекрасный мужчина – мой сын! Но…, мой сын, ты уже не ребенок! И я…
   - И поэтому ты меня любишь уже не так?
   - Да. Ты ждал меня?
   - Не знаю.
   - Не хмурься. Держи голову гордо, спину ровно. Осанка! Я почувствовала и приехала, мой король!
   - Ты еще не устала от всего "королевского"?
   - Нет, мой сын, я родилась с этой судьбой. Я покорилась ей. Я – королева!
   - …?
   - Не оскорбляй моих чувств! Я – королева, и этим всё сказано!
   - Прости! У меня сдали нервы. …Я здесь умру? Ты знаешь, как?
   - Мне известно это. Мужайся, моя любовь!
   - Ты можешь мне открыться?
   - Нет!
   - Вновь – этикет?
   - Да, но – не этикет!
   - Что, же?
   - Мне сложно было навестить тебя. Генрих всегда знал, что занимал в моем сердце не так уж много места. Он рос завистливым и капризным. Сейчас он еще донельзя вспыль­чив, но не раним. Нет…, не раним! Нет.
   - Для чего ты мне говоришь об этом?
   - Ты не понял? Он никогда не был раним. Он тяжело меня отпускал.
   - Не понимаю…
   - Ты импульсивен, дорогой! Нетерпелив и совершенно не­сносен! Я думаю вслух. Следи за мыслью.
   - Мама!
   - Матушка! Говори мне, матушка или мадам!
   - Мама!
   - Нет, Вольфи. Ты меня не пытаешься понять. Пора­зительно! Здесь! Быть здесь… И не пытаться понять?!
   - Я не хочу! Я хочу быть только сыном!
   - Что ж, поэтому ты выбрал свой жребий.
   - Как я умру? Что тебе сказал Генрих?
   - Я скажу тебе, если ты изменишь стиль вопроса.
   - Что Вам сказал мой брат, мадам?
   - Он ничего не сказал, хотя вручил бразды любых полно­мочий.
   - Любых?!
   - Любых.
   - И, Вы... Вы, мадам,… можете освободить меня?!
   - Могу. Но не за тем я сюда приехала.
   - Вы не освободите меня?! Меня!? Вы носили меня в своей утробе…
   - Я не отрицаю этого. Действительно, ты – мой сын!
   - Я не понимаю!!!? Откройте запоры! Я прошу Вас! Дайте мне уйти отсюда!
   - Нет!
   - Нет?!!
   - Я приехала убедить тебя…
   - В чем?!!!
   - Дай мне договорить! Я повелеваю здесь!
   - Нет, Я!
   - Прости! Конечно! Наконец ты заговорил, как властитель. Боже, я знала, что он поймет! Он – мой сын!
   - В чем Вы приехали убедить меня, мадам?
   - В выборе участи.
   - Вот как??? Так, Вы – мой палач!?
   - Не совсем так. Ибо, если бы это было так, я была бы счастлива. Палач всегда остается со своей жертвой до конца! Я, же, уеду и увезу с собой всю охрану замка Гидеон.
   - Не понимаю!??
   - Я приехала убедить тебя быть достойным твоей участи!
   - Не по-ни-ма-ю!!!
   - Если ты не поймешь меня, я буду вынуждена ограничить твое местопребывание только этими покоями, приказав ос­таться твоим мучителям. Постарайся понять меня, и ты бу­дешь повелителем всего поместья ровно столько времени, сколько отведет для надлежащих функций твоя болезнь.
   - Болезнь? Какая болезнь?
- Любая. Я верю, ты заболеешь. Может быть, простудишься, может быть, сломаешь ключицу, может быть, подавишься. Тебе никто не поможет. Так ты умрешь.

   - С каким спокойствием Вы произнесли Ваш текст, ма­дам…!
   - Я и теперь спокойна.
   - За - что?!!!
   - Ты был непослушен.
   - В – чём?!
   - В – нюансах. Для властителя очень важны нюансы…
   - А мой брат? Его так же ожидает подобная участь?
   - О, нет! И я буду скорбеть о нём больше, чем о тебе! Это было бы огромным несчастьем! Но, слава богу, он не раним! Теперь ты понимаешь меня?
   - Кажется…, да.
   - А ведь я умоляла тебя отказаться от короны! Помнишь?! Я стояла перед тобой на коленях!
   - Помню, мадам. Я Вам верил! Безгранично верил! А Вы предали меня. Ведь предали?
   - Предала.
   - А знаете, почему?
   - Знаю.
   - Потому что унизились. Моля уступить более сильному, расчетливому, равнодушному!
   - Ты, несомненно, верно оценил мой поступок. Я не жалею ни о чем! Итак! Согласен ли ты с приговором?!
   - Твоим приговором?!
   - Я не оговорилась.
   - Что меня ждет, если я не подчинюсь, мадам?
   - В анналах запишут, когда и при каких обстоятельствах окончил жизнь государственный преступник.
   - А если я подчинюсь?
   - Замку Гидеон не помешает еще одна романтическая история.
   -         -     Я подчиняюсь, мадам. …

 

 

                                            АУТОДАФЕ

                                                                                                        Мессии

   - Почему так поздно?
   - Прости, пожалуйста, у нас был ученый совет.
   - Осторожно, помнёшь дорожку!
   - Света нет?
   - Свет есть, просто у нас в доме нет мужчин!
   - Не сердись. Где мои тапочки?
   - Там.
   - Где, там?
   - Нагнись получше, и увидишь.
   - Почему – шепотом? Ты спала?
   - Нет. Что ты копаешься? Проходи. О, господи! Наступил на меня.
   - Извини, дорогая, но я сегодня действительно чертовски устал на работе. Доползти бы до кровати.
   - Доползёшь! Я это делаю каждый день. Ну, что ты в мокром плаще плюхнулся? Это же – панбархат! Сумасшедший! Встань!
   - Да-да, извини. Но я так устал... Если бы ты знала, как мне это всё надоело!
   - А мне?! Надоело стирать, надоело таскать, надоело кормить! Давай плащ. Что, тако-ой дождь?! Ужас!
   - Ага. Ну, наконец-то я дома… Цветы…? Живые?
   - Нет. Живые – дорогие.
   - А – эти?
   - Пластмассовые. Красивые?
   - Очень! Как – живые! В комнате так сразу стало уютно! Люблю свой дом. Люблю тебя! Люблю, когда мне кто-то открывает дверь! Ты знаешь, оказывается, очень важно, чтобы кто-то открывал другому дверь…
   - Знаю. А ты знаешь, что открывать каждый вечер так поздно мне стало противно!?
   - Ну…, старая песня! Ты что, ревнуешь?
   - Тебя?
   - Меня. А почему бы, и – нет?
   - Не будь идиотом! Я знаю, что ты мне никогда не изменишь!
   - А что, если…
   - Хотела бы я тогда на тебя посмотреть!
   - Как ты думаешь, это было бы очень интересно?
   - Оч-чень! Ха-ха-ха!
   - А, собственно, почему ты смеешься?
   - Потому что мы затеяли беспредметный разговор!
   - Почему беспредметный?!
   - Не злись! Потому что беспредметный. Всё. Хватит! Иди на кухню, завтракай.
   - "Ужинай" - ты хотела сказать.
   - Я хотела сказать то, что я сказала!
   - А что, я не могу изменить тебе?
   - Можешь! Пожалуйста, - экологическая дорога! Иди-иди!
   - Не кричи. Я действительно устал.
   - Верю! От эротических упражнений…!
   -  ...?
   - Не возмущайся.
   - Я никогда не возмущаюсь, потому что я не знаю, как это делается!
   - Потому что тебе нравится не возмущаться?!
   - Не буду спорить.
   - А может быть, стоит поспорить!?
   - С тобой? Это - безумие!
   - Почему?!!! Почему спорить со мной - это безумие?! Осмелься хоть один раз в жизни! Ну, хоть один раз!? Ну, пожалуйста, ну я прошу тебя!!!
   - Это – истерика! Знаешь, что?!
   - Ну, что? Что?!
   - Оставь меня в покое!
   - Во-о-от!!! Я всегда ненавидела тебя именно за эти слова, за твое отсиживание в спокойном уголке под торшером, за твое враньё насчёт твоей вечной занятости наукой, за твое нежелание пообщаться с нашим с тобой единственным ре­бенком, за …
   - Которому – уже шестнадцать лет. Ребёнку.
   - Да, шестнадцать! Он и в шестнадцать – ребёнок! Наш с тобой ребёнок! Ребёнок, который похож и на тебя и на меня! Ребёнок, который требует элементарного внимания!
   - Внимания?! Ну что ж, давай именно сейчас я ему уделю внимание! Именно сейчас. Если ты не возражаешь, конечно? Чтобы пообщаться с ним, я всегда спрашивал у тебя разреше­ния! И сейчас тоже спрашиваю…!
   - Твое предложение, как ни странно, кстати. Он сейчас придет, а пока мне нужно поговорить с тобой.
   - Поговорить?! Считай, поговорила!
   - Да?
   - Да!
   - Через несколько минут ты должен спуститься на первый этаж. Там – компания ребят его возраста. Он проиг­рал тебя в карты. Если ты не спустишься, они заберут его, нашего мальчика… Всё!
   - Всё?! Я непременно спущусь. Где же мои тапочки? А? - Игорь стучится… Открой!
   - А может быть, не Игорь… Откуда ты знаешь?
   - Ты, же, сказала. Точно – он! …

   - А, отец! Готов? Ма, ты поговорила?
   - Поговорила. Всё в порядке.
   - Па, завещание надо написать. Ты – владелец квартиры. Вот – ручка. На тумбочке напиши.
   - Я могу – за письменным столом?
   - Там мама убирала. Здесь напиши. Давай. Быстро! Ребята ждут! Ма, гамбургер дай! Спасибо. Льет, как из ведра! … На­писал? Дай прочитаю! Всё правильно – мне. Пойдем?
   - Где мои тапочки?
   - Вот – они. Ты в тапочках пойдешь? Ну, теперь тебе все равно. Игорю будут. Туфли – приличные, итальянские... Игорь, плащ потом возьмёшь. Ну, с богом…



Просмотров: 2060,  Автор: Влад Соболев
Понравилось: 0      
Другие статьи автора Влад Соболев: (3) (Клик для открытия)

Добавить комментарии

Ваше имя:
Ваш E-mail:
Ваш сайт:
Сообщение:


Использовать HTML-теги запрещено!
Security Code:


 






© Все права защищены.
Воспроизведение, распространение в интернете и иное использование материалов,
опубликованных в сетевом журнале Friends-Forum.com " ФРЕЙМ " допускается только
с указанием гиперссылки (hyperlink) на frame.friends-forum.com
Рекомендуемая резолюция монитора 1024х768 пикселей.




Израиль по русски. Каталог-рейтинг израильских сайтов